Украина нашла фантастический способ справиться с бюджетом

В этом году Украина сменила модель финансирования бюджетного дефицита. В прошлом году украинские власти занимались откровенным строительством пирамиды государственных облигаций (облигаций внутреннего государственного займа, ОВГЗ), основанной на привлечении внешнего финансирования под неадекватно высокие процентные ставки.

Но долго так продолжаться не могло: сохранение высоких процентных ставок вело к резкому увеличению стоимости обслуживания занятых денег, снижение же ставок — к утрате интереса со стороны международных спекулянтов (международных — по принципу покупки ОВГЗ от имени нерезидентов, среди бенефициаров же наверняка присутствовали некоторые украинские граждане).

Ближе к концу прошлого года Министерство финансов Украины определилось с дальнейшими действиями и стало существенно снижать ставки по размещаемым облигациям, что привело к ожидаемому исходу: в феврале нерезиденты почти перестали их покупать и стали потихоньку выводить деньги.

Взамен украинские власти, по сути, включили печатный станок — ОВГЗ теперь покупают украинские банки на деньги, полученные от Национального банка Украины (НБУ) в качестве рефинансирования.

Такая схема финансирования дефицита является более дешевой, но одновременно и весьма рискованной с точки зрения перспектив устойчивости гривны. Зарабатывать же нужные люди и при новой схеме продолжают неплохо, а главное — почти без рисков.

Напомним о том, как строилась прошлогодняя пирамида.

Украина резко взвинтила объемы размещения ОВГЗ зимой 2018-2019 годов. Параллельно еще более выросла и доходность по ним, хотя и в январе — ноябре 2018-го она была немаленькой — от 16,1% до 18,9% с поступательным повышением в течение года. Однако именно в декабре объем заимствований оказался рекордным (15 миллиардов гривен только в национальной валюте), а средневзвешенная ставка достигла 20% годовых.

В первые пять месяцев 2019-го ставка оставалась близкой к 20%, а объемы заимствований даже выросли: только в гривне было занято 104 миллиарда.

Объяснялось это тем, что внешнее финансирование в год выборов оказалось почти недоступно. В октябре 2018 года Украина разместила евробонды на два миллиарда долларов, но уже тогда под сумасшедшие 9-9,75% годовых. В декабре 1,4 миллиарда долларов подкинул МВФ, но было понятно, что в обозримом будущем никаких новых траншей от него не будет.

При этом разбалансированный бюджет и необходимость раздачи социальных взяток перед выборами требовали новых и новых заимствований. Надолго денег никто давать не желал. А в короткую под бешеную доходность занимали охотно.

Вопреки ожиданиям пришедшая к власти новая команда принципиально ничего менять не стала, включая министра финансов. Доходность ОВГЗ падала медленно. Зато все большие объемы валюты нерезидентов, заходящей на украинский рынок ОВГЗ, давили на гривну, укрепляя ее.

В первые пять месяцев объемы ОВГЗ в собственности нерезидентов выросли с шести до 42 миллиардов гривен. А до конца года увеличились до 116 миллиардов.

Заведя доллар на Украину в конце декабря 2018 года, спекулянт мог его продать почти за 28 гривен, на вырученные деньги купить ОВГЗ в гривнах с доходностью 20% годовых, а в конце 2019-го выкупить доллар уже за 23,5 гривны. Несложно посчитать, что эта операция давала спекулянту немыслимые 42% годовых в валюте! Разумеется, за счет украинской экономики. Что, естественно, было невозможно без содействия украинских властей.

В результате за период с декабря 2018-го по начало 2020 года объем ОВГЗ “живых” в обращении (за вычетом числящихся на балансе НБУ) вырос более чем на четверть — с 388 до 486 миллиардов долларов. При этом во владении резидентов их объем даже несколько сократился, а вот нерезиденты, как указывалось выше, увеличили его с шести до 116 миллиардов гривен.

С конца 2019 года Министерство финансов Украины наконец начало существенно снижать доходность ОВГЗ, уронив ее в начале 2020-го ниже десяти процентов. Нерезиденты, нарастившие свои запасы ОВГЗ в начале года до 127 миллиардов гривен (это больше четверти “живых” ОВГЗ в обращении), начали их “сливать”. К концу этой недели у них оставалось ОВГЗ на 80 с небольшим миллиардов гривен. Ввиду скромной величины украинского рынка более быстрый вывод капиталов привел бы к обвалу гривны, поэтому осуществляется он без спешки.

Однако украинской стороне нужно было находить деньги не только на обслуживание и погашение ранее выпущенных облигаций, но и на затыкание бюджетной дыры, размер которой вследствие пандемии и кризиса резко вырос.

За счет внешних заимствований вопрос удалось решить далеко не в полной мере. За восемь месяцев нынешнего года на внешних рынках заняли в 2,2 раза больше, чем за весь прошлый год (176 против 80 миллиардов гривен). Но почти 120 миллиардов из этой суммы ушло на обслуживание и погашение ранее взятых внешних займов. Еще 47 миллиардов гривен было конвертировано в валюту и с середины февраля по середину октября выведено нерезидентами с рынка ОВГЗ. А ведь даже официальный дефицит бюджета — 300 миллиардов гривен.

Пришлось придумывать новую схему финансирования.

Думали недолго. По сути, решили “печатать” гривну и за нее покупать облигации. Но напрямую делать это НБУ “не комильфо” — МВФ ругать будет. Придумали обходной маневр.

В прошлом году НБУ намеренно держал завышенный размер ключевой ставки (16,5-18%), обеспечивая бешеную доходность на первичном рынке ОВГЗ.

В нынешнем стал резко ее снижать, доведя к июню до шести процентов.

Практически одновременно, с конца апреля, НБУ стал раздавать коммерческим банкам “средние” и “длинные” кредиты рефинансирования под размер ключевой ставки, то есть шесть процентов (в самом начале раздачи — под восемь).

Получив рефинансирование под шесть процентов, банк имеет полное право купить на полученные от НБУ деньги ОВГЗ, размещаемые Министерством финансов с доходностью на 3-3,5 процентного пункта выше ставки рефинансирования. При этом под новый кредит рефинансирования в качестве залога в НБУ банк может внести те же ОВГЗ. Круг замыкается!

Разумеется, банки именно так и делают, поскольку получают безрисковый доход, ведь они покупают ОВГЗ за деньги, занятые у НБУ. При этом такой доход еще и абсолютно стабилен.

За пять с половиной месяцев действия схемы НБУ таким образом профинансировал покупку ОВГЗ на 38,4 миллиарда гривен. Сумма пока не слишком впечатляющая, хотя даже она на пустом месте создает для банков годовую прибыль в 1,2 миллиарда гривен!

С учетом применявшейся с начала года практики “нагибания” государственных банков на покупку ОВГЗ за счет имеющихся у них средств объемы ОВГЗ в собственности украинских банков с момента, когда начали выводить свои капиталы нерезиденты, вырос с 320 до 436 миллиардов гривен, с запасом компенсировав отток средств нерезидентов.

А общий объем “живых” ОВГЗ в обращении за то же время вырос с 481 до 555 миллиардов гривен — то есть на 15%.

При этом основной “праздник” ожидается в ближайшие месяцы — выборы как сдерживающий фактор отпадут. Рефинансирование, скорее всего, будет литься рекой, ОВГЗ размещаться в существенно больших объемах — тем более что возможность получения дополнительного внешнего финансирования становится все призрачнее.

Все это уже имеет нездоровое следствие в виде дальнейшего сворачивания основной функции банков — финансирования реального сектора экономики. Во всем мире пандемия и кризис привели к резкому росту кредитной поддержки бизнеса, но не на Украине. Общий объем кредитования реального сектора на конец августа находится на уровне ниже августа прошлого года. Более того — ниже уровня 2015-2018 годов.

Дальнейшее же наращивание эмиссионного финансирования бюджета, да еще и при отсутствии поддержки реального сектора экономики, будет иметь неизбежные последствия для устойчивости гривны, которая рискует в четвертый раз повторить резкое обвальное падение.

Источник: ria.ru

0

Добавить комментарий